Главная » 2017 » Сентябрь » 29 » Человек на своем месте
11:59
Человек на своем месте

Среди сотрудников НИИАРа есть много людей, которые пришли сюда целенаправленно. И ученый-атомщик Анатолий Захаров один из них. Он прошел длинный путь от инженера-металофизика до начальника лаборатории, в которой начинал трудиться. Теперь он – ведущий научный сотрудник отделения реакторного материаловедения, и его богатому опыту можно только позавидовать


 

По велению сердца

- Мой путь в профессию начался с кружка радиотехники, занятия в котором я с удовольствием посещал, когда учился в средних классах. И школа-то была обычная, и город небольшой – я родом из Щекина Тульской области, а увлечения у детей она развивала хорошо, за что большое спасибо педагогам. 10 класс, правда, я уже заканчивал в Казахстане. Моя семья переехала в очень красивый, ухоженный и уютный город Шевченко (ныне - Актау), который я сразу полюбил. Думал, вот выучусь на физика и вернусь туда, чтобы работать на АЭС. Но жизнь немного подкорректировала юношеские планы, - констатирует Анатолий Захаров, которому пришлось столкнуться с первыми трудностями еще при поступлении в институт.

Он выбрал для себя три профильных вуза: МФТИ, МИФИ и Губкинский университет нефти и газа. И использовал все попытки пройти испытания сразу же после получения аттестата, но везде баллов не добрал. Конечно, была возможность поступить куда-то еще, но эти варианты даже не рассматривал. Прочитав столько книжек о великих физиках, он даже не представлял, что будет заниматься чем-то другим. Поэтому вернулся домой и устроился водителем в мехколонну, которая своим работникам предоставляла бронь от армии. Очень не хотелось еще терять время по дороге к мечте, ведь и так уже на год отставал от сверстников. Усиленно готовился к экзаменам, и следующим летом пошел по второму кругу. В МФТИ не прошел, а в МИФИ больше повезло…

Сказать, что учиться на физико-энергетическом факультете очень сложно, значит, почти ничего не сказать. Первые два года особенно выматывают студентов. Сложные предметы, коллоквиумы, зачеты, лабораторные работы… Этот марафон выдерживает не всякий. Вот и одногруппники Захарова постепенно отсеивались. В самом начале учебы их было 28, к концу первого курса уже 22, а до дипломной работы дошли лишь 18 человек.


 

Город в лесу

- Тогда оказалось, что и распределения в город моей юности, где родители и друзья остались, где жизнь была теплой и обустроенной, в 1978 году вовсе не планируется. Из предложенных вариантов я выбрал НИИАР, но прежде, чем везти туда молодую супругу - на шестом курсе я женился, решил съездить на разведку. Первое, что я увидел, а это был старый вокзал с двумя маленькими статуэтками Маркса и Ленина, меня просто «убило». Дело было в апреле, а потому вокруг в глаза бросались только грязь и серость покосившихся избушек и деревянных заборов, - делится впечатлениями от знакомства с Димитровградом Анатолий Васильевич. - Скрепя сердце доехал до института, где напротив было много современных объектов. Потом побывал в утопающем в зелени соцгороде, где вековые сосны возвышаются над домами, поговорил с ниаровскими ребятами, которые объяснили, что в старые районы без особой надобности никто не ездит, и понял, что какое-то время здесь можно прожить…

Но и тут судьба распорядилась по-своему – Димитровград не отпустил чету молодых специалистов ни через три года, ни позже. Захаров с головой окунулся в работу, завел здесь много приятелей. И его жена как-то сразу подружилась со всеми, кто жил в подъезде четырехэтажного дома, который прозвали немецким из-за того, что специалисты из ГДР там на какое-то время останавливались…

Сразу десятки молодых нииаровцев получили там свое первое отдельное жилье. Захаровым досталась комната в одной из квартир, где двери практически не закрывались. После студенческого общежития это было делом привычным, ведь все время кто-то приходил в гости, кто-то уходил. Словом, и работали, и жили большой дружной компанией. Вместе праздники и дни рождения отмечали, вместе с детишками во дворе гуляли. Малыши тоже, кстати, стали появляться другом за другом. И в семье Захаровых пополнение не заставило себя долго ждать. Первым родился сын Дима, который давно уже вырос. Учился в МИФИ, причем выбрал ту же кафедру, что и отец. Но, получив диплом, по его стопам не пошел, выбрав несколько иное направление. Отец не в обиде. Наоборот рад, что сын нашел свою дорогу в жизни и сделал его дедом, произведя на свет прелестное создание – внучку Сашеньку. Она уже большая девочка, учится во втором классе.

Дочь Захаровых Юля окончила Ульяновский государственный университет и, совсем немного поработав в России, вышла замуж и уехала в Турцию. Там она воспитывает двух сыновей. Старшему мальчику пять лет, а младшему три года. Летом мама привозила их в Димитровград, чтобы дети вдоволь пообщались с дедушкой и бабушкой не по скайпу или телефону, как это теперь принято, а вживую. Впечатления от этого визита у Захаровых-старших остались самые приятные. Так что теперь они жаждут только новых встреч.


 

Серьезная задача

Анатолий Захаров не любит воспоминать о работе, которую приходилось выполнять на протяжении двух-трех месяцев после прихода в НИИ атомных реакторов. Проблема в том, что на первых порах даже к сколь-нибудь важному делу его не допускали – проверяли анкету, которую он заполнил при трудоустройстве. На этот период молодого специалиста направили в архив ремонтно-механического завода сортировать чертежи.

- Какая там сортировка… Болтался целыми днями по территории вспомогательного предприятия, пока мою кандидатуру не одобрила служба безопасности, - весьма критически оценивает ученый-атомщик этот период.

Зато потом ему действительно повезло. Он попал в самую секретную лабораторию института, в сектор материаловедения. Ее руководителем была Земфира Ивановна Чечетина, под началом которой велись разработки для атомных подводных лодок. А группу, состоящую из трех специалистов – вместе с ним начинал и Владимир Дмитриевич Рисованный, непосредственно возглавляла Тамара Михайловна Гусева. В этом году, поздравляя ее с юбилеем, они вспоминали молодые годы и творческую атмосферу, царившую тогда в институте. Там трудилось много интересных людей, которых объединяли не только общие задачи, но и общее мировоззрение, отношение к жизни. Словом, сформировалась большая команда единомышленников, где каждый на своем месте вносил весомый вклад в общее дело.

- Как инженер-металлофизик я занимался изучением характеристик поглощающих материалов и органов регулирования ядерных реакторов. С виду это обычные стержни, вот только работают они в реакторе как тормоза в машине, без них остановка становится невозможной, - объясняет Анатолий Васильевич. – В то время была проблема, связанная с атомным подводным флотом. Именно стержни регулирования были слабым местом в реакторах наших субмарин. Чтобы не растрачивались ресурсы, надо было увеличить продолжительность работы этих установок. На поиск решения были нацелены многие предприятия Минсрредмаша, в том числе и наш институт. Надо сказать, что тогда мы не распыляли силы ни на заключение ежегодных договоров, не думали ни о деньгах, ни о планах, а занимались порученным делом, которое надо было выполнить за 10 лет…

Постоянно проводились эксперименты, облучались различные материалы и конструкции. И в этом деле предприятия отрасли плотно взаимодействовали. Нииаровцы то и дело ездили в командировки, а также принимали у себя специалистов из Курчатовского института, Московского завода полиметаллов, регулярно проводя совещания по этой тематике. И вот в конце 80-х годов было найдено решение, которое легло в основу разработки проектной документации на изготовление новых изделий для реакторов подводных лодок. Словом, можно было считать, что задача выполнена.


 

Мысли о вечном

В дальнейшем эта лаборатория решала и другие задачи в области поглощающих материалов, связанные с быстрыми реакторами и большими энергетическими установками. Знания были накоплены немалые. И вот наступил момент, когда димитровградские атомщики осознанно стали извлекать их из оборонной тематики для применения в мирных целях.

- В этом деле и я приобрел большой опыт, который нашел отражение в кандидатской диссертации. Ее защита состоялась в 1993 году, - говорит Захаров. – Но тогда приниматься за докторскую, подготовка которой требовала огромных усилий и очень много времени, уже не имело смысла – наука потеряла былой престиж. С середины 90-х в НИИАРе еле теплилось это дело, и период невостребованности остро ощущался целое десятилетие. Лишь в середине 10-х годов Госкорпорация «Росатом», ТВЭЛ и «Росэнергоатом» озаботились повышением престижа своей продукции и стали заключать договора с учеными на повышение технических характеристик отечественных реакторов. Наряду с этим появилось много контрактов и с зарубежными партнерами, но это задачи совсем не того масштаба, которые решались в НИИАРе в советскую эпоху. Увы, наша работа потеряла научное содержание. Сейчас в ней появилось много рутины, которая превращает нас в ремесленников, а ведь на самом деле у института есть очень солидный задел и богатый потенциал. Вот только для развития науки нужна особая атмосфера, которую я сравнил бы с насыщенным кислородом озером. В болоте она просто не может развиваться. Тем не менее, некогда чистый водоем все больше засоряется обилием разного рода отчетов и прочей документации, от которой самой науке ни холодно, ни жарко. И люди, которые когда-то жили одной идеей, с каждым годом все больше разобщаются. Да, при встречах мы еще интересуемся, как жизнь, вспоминаем какие-то рабочие моменты, но с каждым разом эти встречи происходят все реже. У каждого теперь своя работа, свои заботы, дети, внуки и связанные с ними хлопоты…

Благо есть и свои увлечения. Захаров, например, любит любоваться архитектурными шедеврами и посещать музеи крупных городов России и европейских стран. Их улицы нашли отражение на его многочисленных фотографиях. Снимки из семейной жизни – это еще одна серия работ, которым он сейчас посвящает много времени. Находит его он и для путешествий во всемирной паутине. Правда, в Интернете видит и главную опасность человечества. Говорит:

- В том, что информация стала такой доступной, есть не только плюсы, но и минусы. Меня очень тревожит, что люди разучились думать. И многие, увидев большой текст, тут же его сворачивают, не утруждаясь даже прочесть хотя бы пару абзацев. Никому не хочется погружаться в серьезную проблематику, по крупицам собирать и сопоставлять, анализировать факты. А ведь это совсем не способствует развитию мозга, который априори должен хорошо работать у человека разумного. К чему мы придем таким путем? Чтобы двигаться вперед, надо копить знания и учиться их применять. Вот на что надо нацеливать своих детей, если вы действительно заботитесь о будущем.

Светлана КНЯГИНИНА

Категория: Горожане | 69 | Добавил: navecher | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]