Главная » 2018 » Февраль » 7 » Замечательная супружеская пара НИИАРа:
12:13
Замечательная супружеская пара НИИАРа:

Евгений Федорович Давыдов и Тамара Михайловна Гусева

В НИИАРе работали люди, значение которых трудно переоценить для его становления в 60-е годы и превращения в научный центр. Одними из значимых для института людей были супруги Евгений Давыдов и Тамара Гусева


 

Мелекесс

Тамару Михайловну определили на работу на объект 118, который потом стал отделом реакторного материаловедения. Она была шестым сотрудником, принятым на этот объект. «Поглощающие материала» - это была основная тема исследований, которыми занималась Гусева. Ее опыт в этой сфере со временем стал очень ценным.
Тогда в институте все происходило впервые, и Евгений Федорович был участником важнейших событий. Сначала он работал в лаборатории вертикальных каналов реактора СМ и принимал участие в его пуске. После перехода в ОМВ вместе с другими сотрудниками осваивал уникальные возможности горячей материаловедческой лаборатории. Впоследствии был руководителем этого подразделения.


Тамара Гусева

Сначала расскажу подробнее о Тамаре Михайловне. Она проработала в институте с 1960 по 2010 год. О себе рассказывает скупо, но слова коллег, которые были сказаны в ее адрес, подтверждают высокий уровень Тамары Михайловны, как специалиста в области материаловедческих исследований по очень важной теме «Поглощающие материалы для атомной отрасли». Из этих материалов изготавливали для реакторов изделия под названием СУЗ - стержни управления и защиты. Результаты первых исследований были опубликованы уже в 1970 году. Создавались эти стержни для реакторов на быстрых нейтронах и для транспортных реакторов специального назначения. По этой теме было защищено несколько кандидатских и докторских диссертаций. Работы по этой теме продолжались десятилетиями и было сделано много предложений для совершенствования выбора поглощающих материалов. Вклад Тамары Михайловны в развитие этого направления признавали все руководители. Она была и в числе авторов выпущенных книг на эту тему. Представителем НИИАРа в отраслевых советах и совещаниях с конца 60-х годов была Тамара Михайловна, с 1981г. ее сменил Владимир Рисованый, который впоследствии неоднократно высказывал в адрес Тамары Михайловны самые хорошие слова. Привожу цитату из книги воспоминаний материаловедов НИИАРа: «Тамара Михайловна стояла у истоков науки о поглощающих материалах. Ее знания, жизненный опыт, скромность, потрясающие человеческие качества всегда меня восхищали. Она была первым моим руководителем и сделала все, чтобы я не уехал назад в свой родной город к родителям. Но условия работы и предоставленные возможности, не без помощи Тамары Михайловны, определили мою судьбу. И нет у меня повода жалеть, что я не уехал».
Владимир Дмитриевич в последние годы работы в институте занимал должность заместителя директора по науке, а с 2012 года работает в Москве, в Росатоме. Он один из научных руководителей научного блока в госкорпорации.


Евгений Давыдов

Мне повезло практически с 60-х годов общаться по работе с Евгением Федоровичем, сначала при оформлении договоров по НИОКР, а потом, когда я работала ведущим экономистом-экспертом при дирекции института. Нужно отметить, что во многих делах института он был первопроходцем. В 1964 году Давыдов вместе с Чушкиным стали первыми изобретателями в НИИАРе. Уже в 1967 году Евгений Федорович защитил кандидатскую диссертацию и с этого же года руководил лабораторией исследования твэлов, точнее, топлива. Я помню небольшую заметку в 1964 году в «Комсомольской правде» с сообщением о защите кандидатской диссертации молодым сотрудником НИИАРа Давыдовым. Ему тогда исполнилось 27 лет.
С 1969 года в ОМВ стали поступать для исследования после облучения в реакторе МИР тепловыделяющие сборки для активных зон атомных ледоколов и подводных лодок. Евгений Федорович был одним из первых сотрудников, награжденных за результаты этих исследований. Они обсуждались на самом высоком уровне на специальных совещаниях в нашем министерстве, ВМФ и ведущих институтах отрасли.
В 1972 году Давыдов назначен заместителем начальника ОМВ по научной работе, в 1974 - начальником ОМВ, в 1983 - заместителем директора ОРМ по научной работе. В первые же годы исследовательской работы в ОМВ им были получены научные результаты, которые позволили сформулировать некоторые из основных закономерностей поведения твэлов, самого важного элемента всех ядерных установок и в 1969 году вышла первая из двух его монографий в соавторстве с Владимиром Цыкановым, который 16 лет был директором НИИАРа, а потом еще 18 лет - заместителем директора по науке. Владимир Андреевич отмечал, что соавторство в написании книги с Давыдовым было очень плодотворным и уже тогда нельзя было не отметить его светлый ум и способность ясно выражать свои мысли.
Евгений Федорович был одним из трех авторов создания марки стали ЭП172 и ЭП450 вместе с Прохоровым и Кузьминым. Последняя его работа начальником бюро сделала его практически незаменимым в этой должности, потому что его уровень знаний намного превышал должностные обязанности.


Не скупитесь на добрые слова…

Вот так распорядилась судьба талантливого человека. Все его достоинства до конца были при нем: глубокий ум, ясность мысли, самостоятельность и независимость мышления.
Даже во время вынужденного активного участия в общественной деятельности он вносил в эти дела здравомыслие и побуждал до минимума сводить пустую болтовню. У него был красивый, почти левитановский голос, которому была чужда пустая фраза. Это было удивительно потому, что чаще бывает наоборот, когда красивый голос желает звучать дольше. Он всегда оставался человеком, откликающимся внутренне на глубоко человеческое в других людях, которое он распознавал. Это было главным в нем. При этом ему была свойственна сухость и сдержанность внешнего поведения. Такое трудно доказывать, это уже из той области, которую сложно описывать словами, а надо чувствовать. Но это очень хочется дорого ценить, потому что слияние «физика и лирика» в одном человеке это редкое явление. В самом деле, трудно человеку технократического мышления не подавлять в себе в служебной деятельности человеческое, эмоциональное, как нюансы, мешающие принятию правильного решения. Но мне кажется, что глубокий ум и светлая голова вместе с умным сердцем должны справляться с этими мешающими и усложняющими факторами. И все-таки мы страдаем от изгнания этого человеческого из повседневнего общения, ищем отклик в душах себе подобных, оставаясь сами при этом скупыми на доброе слово, сказанное без всякого особого повода, как день рождения, юбилеи и похороны.
Академик и философ Раушенбах писал в своих философских трудах о том, что самые гармоничные люди те, у которых развиты хорошо и правое и левое полушарие, чувства и мысли. Не знаю, искал ли такой сердечный отклик Евгений Федорович, но знаю, что окружающие по работе люди по отношению к нему были также скупы, как вроде и положено быть с коллегой по работе. Его достоинства, вероятно, считались само собой разумеющимися. Я тоже спохватилась, когда он умер, когда осталась недоделанной совместная с ним работа. Я даже никогда не задумывалась над тем, чьи человеческие качества лежат в основе неизменно хороших по работе в отношениях с Евгением Федоровичем в течение почти 30 лет. Я просто привыкла к неизменности этих отношений и не догадывалась в качестве благодарности сказать ему: «Как мне хорошо с вами работать, как всегда полезно для дела и как комфортно моей душе с вами общаться».
Я такие слова о нем говорила Цыканову, а он отвечал: «Я этому не удивляюсь, я сам испытывал удовольствие, когда мы с ним писали книгу о твэлах». Когда Евгений Федорович умер в 1994 году, я думала, как плохо, что я была скупа на добрые слова. Поэтому написала свои воспоминания о нем сразу после его смерти и надеялась, что его душа меня услышит и простит за эту скупость в словах при его жизни.


Благородный муж

Когда я вспоминала о Евгении Федоровиче, мне пришла в голову мысль, что по меркам древней восточной философии, его образ, по сути, отвечает образу благородного мужа. «Благородный муж видит ясно, слушает чутко, поступает почтительно, говорит искренне, действует осторожно, помнит о последствиях своего гнева, спрашивает других, если сомневается, и помнит о справедливости, если есть возможность извлечь пользу. Благородный муж стремится к единению не через послушание, а через разномыслие. Благородные люди живут в согласии, но отличаются друг от друга, мелкие люди одинаковы, но не ладят друг с другом». Не так уж много благородных мужей среди нас и нехорошо молча расставаться с ними.
Осознать всеобщую связь всех со всеми спасительно для каждого, по крайней мере, помогает справиться с агрессивным инстинктом, тоже присущим людям. Бывают же люди среди нас, которым это удается, несмотря на отдельные тяжелые жизненные обстоятельства. Одним из них и был Евгений Давыдов. И не случайно была у него жена, женщина, о которой за всю ее жизнь никто не имел повода, в чем-то ее осудить.

 

Людмила Демидова
 

Категория: Горожане | 34 | Добавил: navecher | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]